Стив Бартон и Каролина Васичек - интервью
Стив Бартон: Шоу должно продолжаться
Официальное извещение о смерти Стива Бартона
Стив Бартон и Каролина Васичек - интервью
Ведущий: У Вас было множество сценических партнеров, не так ли? Один из самых известных, который, кроме всего прочего, стал для Вас и очень хорошим другом - это Стив Бартон. Добро пожаловать! Теперь мы имеем возможность побеседовать и с Красавицей, и с Чудовищем.
Бартон: Да, именно так. (смеется) Красавица (показывая на Каролину) - Чудовище (показывая на себя).
Ведущий: Стив, Вы исполняете роль Чудовища. Как долго необходимо накладывать грим, чтобы сделать из Вас Чудовище? Глядя на Вас, совершенно невозможно представить, насколько длительным должен быть этот процесс...
Бартон: Да, это занимает приблизительно... почти три четверти часа. Или час...
Ведущий: Вы смотрите на Каролину. Наверное, она присутствовала при этом, держала за Вас кулачки все это долгое время? Вы разговаривали друг с другом?
Васичек: Только когда он тосковал по родине.
Бартон: Да, да, именно так.
Ведущий: Часто ли Вы испытываете ностальгию?
Бартон: Да, честно говоря, очень часто.
Ведущий: Ваша семья живет в Америке?
Бартон: Да.
Ведущий: У Вас есть жена и сын?
Бартон: Да. Мой сын родился здесь, в Вене. Он настоящий вЕнец.
Васичек: А вот этого я не знала.
Бартон: Не знала?
Васичек: Нет.
Бартон: А. Ну вот.
Ведущий: Значит, Вы имеете самое непосредственное отношение к Вене и к Австрии?
Бартон: Да, теперь уже да, потому что прошло... можно сказать, двадцать лет с тех пор, как я сыграл здесь в первый раз. И мой сын появился на свет именно здесь.
Ведущий: Сколько ему сейчас лет?
Бартон: Четырнадцать. Бог ты мой...
Ведущий: Когда вы познакомились с Каролиной?
Бартон: Во время первых проб на "Красавицу и Чудовище". Я получил роль, и... ммм... честно говоря, немногие из артистов настолько откровенны. (Примечание: ранее Каролина призналась, что в детстве у нее было особое одеяло, без которого она не могла уснуть). У моего сына тоже есть такое одеяло, и он никогда с ним не расстается, даже сейчас, в возрасте 14-ти с половиной лет. Он немного панк-рокер, но от этой привычки все же не отказался. А у меня тоже есть особая подушка - и это в 44 года!
Ведущий: Подушка, которую Вы всегда возите с собой?
Бартон: Да, и у моей жены тоже есть такая подушка. Странно, не правда ли? Я думаю, все дело в нашей профессии.
Ведущий: Наверное, человеку просто нужно тепло и ощущение близости, неважно, где он находится. Между Вами это ощущение близости возникло мгновенно. Вы познакомились во время проб, и он стал для Вас больше чем просто коллегой?
Бартон: Да, сразу же. И...
Васичек: "Красавица" со Стивом - это было... Каждый день мы создавали на сцене немного другое шоу. Спектакль каждый день был разным. Для меня это была первая большая роль. Перед этим роль Чудовища исполнял Этан Фриман, и тогда я узнала, каково это - играть спектакль ежедневно. А со Стивом я чувствовала себя уже немного свободнее, так как работала в шоу уже целый год. И каждый день мы действительно создавали немного другой спектакль.
Бартон: Взаимная симпатия между нами в самом деле возникла мгновенно. Как будто кто-то чиркнул спичкой.
Васичек: Конечно же, спектакль не обходился без разнообразных проишествий. Можно мне рассказывать об одном из них?
Бартон: Нет, нет! Я не знаю. Что ты хочешь рассказать? (закрывает лицо руками)
Васичек: Итак. Самая напряженная сцена в спектакле - когда Чудовище врывается в мою комнату. Я сижу на кровати, и оно кричит на меня: "Я же сказал тебе, что ты должна со мной отобедать!" Это безумно серьезный момент. А поскольку Стив очень сильно потеет...
Бартон: (смеется): Ну, это все знают!
Васичек: ... перед тем как надевать маску, ему вытирают лицо. Для этого парик закрепляют с помощью специального
зажима. И однажды в этом эпизоде он вышел на сцену с этим зажимом на голове. (смеется)
Бартон: Я забыл его снять... Он розовый и очень большой.
Васичек: Сначала он ничего не заметил...
Бартон: ... и все они уставились на меня: Каролина, Цобер, Марика Лихтер, и у них было вот такое выражение лица (делает очень удивленное лицо, а затем разражается смехом, который пытается скрыть).
Ведущий: А публика? Заметила ли она что-нибудь?
Бартон: Думаю, да, потому что... эта львиная грива, а сверху...
Васичек: Но самый потрясающий момент наступил тогда, когда он все понял! Этот зажим был такой большой, и в свете прожекторов Стив увидел, что он торчит у него в парике. (смеется) И никакое Стив не дитя печали. Конечно же, он не смог сдержать смеха!
Ведущий: И при этом Вы должны были петь?
Бартон: Да.
Ведущий: Я с трудом это представляю: одновременно смеяться и петь! Говорить и петь - это еще куда ни шло, но смеяться и петь!
Бартон: В первый момент чувствуешь себя немного неловко. Но затем берешь себя в руки и уже можешь петь.
Ведущий: Кстати о пении: мы сегодня очень много говорим о "Красавице и Чудовище". А не могли бы мы услышать отрывок оттуда?
Бартон: Да, конечно, конечно. Но можно мне сначала сделать кое-что другое?
Ведущий: Конечно. Все, что угодно.
Бартон: Правда?
Ведущий: Да.
Васичек: Стив, что ты замышляешь?
Бартон: Год назад я обещал тебе, что что-нибудь для тебя нарисую. И я уже два раза уничтожал свои "пробы пера", потому что они были недостаточно хороши для тебя. По правде говоря, они были просто ужасны. Эта тоже недостаточно хороша, но это пока просто набросок.
Васичек: Это ты сам нарисовал? Год назад он мне... Боже мой!
Бартон: Это тебе.
Васичек: Вот это да!
Ведущий: Каролина, можно нам тоже взглянуть?
Васичек: Да!
Ведущий: Стив, я не знал, что Вы рисуете.
Бартон: Да, между делом. А это срисовано с одной фотографии, которая как-то попала мне в руки, где Каролина указывает на дирижера. Мне эта фотография очень понравилась.
Ведущий: Итак, о рисовании мы поговорили, а сейчас самое время спеть. Согласны?
Бартон: Да.
Ведущий: Только совсем недолго, хорошо?
Васичек: Недолго. Это самая большая проблема.
Ведущий: Да? Мне сесть?
Бартон: Нам встать?
Ведущий: Ну а потом, если хотите, давайте побеседум еще немного.
Бартон: (поет) Время пишет сказки...
Васичек: (поет) которые снова и снова оказываются правдивыми...
Оба: (поют) ...они едва знакомы, но затем возникает симпатия, и неожиданно все становится ясно. (отрывок из немецкой версии мюзикла "Красавица и Чудовище" - прим. перев.)
Бартон: Ты вернулась?
Васичек: (поет) Гулять только вдвоем... или? (смеется) (отрывок из немецкой версии мюзикла "Красавица и Чудовище" -
прим. перев.)
Ведущий: Замечательно, что Вы исполнили для нас эту импровизацию. Мне очень понравилось. Спасибо. Итак, рисовать, петь, играть на сцене, готовить... Вы готовите вместе?
Бартон: Да, когда-то мы уже готовили вместе. Креветок.
Васичек: То есть, это он готовил - для меня.
Бартон: Да, но мы делали это вместе.
Васичек: У него дома есть настоящий свой собственный сад пряностей - петрушка и все такое...
Ведущий: Вы всегда берете его с собой, когда куда-то переезжаете?
Бартон: (смеется) Нет, я выращиваю его заново. У моих родителей был ресторан, и должно быть, любовь к кулинарии
досталась мне от них. Мне кажется, это здорово - пригласить друзей в гости и что-нибудь для них приготовить.
Ведущий: И что же Вы готовите?
Бартон: Все. (смеется) Моя жена всегда говорит: "Да, это твой... твой... как бишь его ". Но мне это нравится.
Ведущий: А кто потом убирает? Жена или...?
Бартон: (смеется) Да.
Ведущий: Что, правда?
Бартон: Должен признаться, да.
Ведущий: А на этот раз уборкой на кухне занималась Каролина?
Бартон: Да, конечно.
Васичек: Да, но он мне немного помог.
Ведущий: Да, очень мило.
На этом интервью со Стивом заканчивается. Далее журналист беседует с лучшей подругой Каролины, а Стив откидывается на спинку кресла и ждет окончания передачи.
Примечание Даниэлы Меркль (www.muzicalzirkel.de): речь идет о телевизионном интервью! Отсюда несколько "дерзкий" тон беседы. Однако я немного изменила формулировки и строение фраз, чтобы сделать стиль более нейтральным ;-) Те, кто знают, как Стив ведет себя во время телевизионных интервью, легко смогут представить, как все было на самом деле.
Перевод Ирины Прокофьевой
***
Эта статья появилась в журнале Фонда Спортивной Медицины Стэдмана-Хоукинса, выпуск осень-зима, 2000.
Стив Бартон: Шоу должно продолжаться
От редактора:
Этот биографический очерк основан на интервью Дика Нидхэма. Господин Нидхэм является редактором информационного бюллетеня для лыжников "На внутренней стороне лыжни", а также главным редактором журнала "Лыжник"".
Если у Стива Бартона есть какой-то совет для чересчур честолюбивых актеров, то, возможно, он звучит следующим образом: "Смотри, куда идешь". Когда Бартон, в настоящее время один из самых признанных актеров и танцоров, учился на первом курсе Техасского университета, Остин, во время обычной пробежки он упал в большую яму, прикрытую ветками. Полученная в результате травма, тяжелейший двойной разрыв мениска правого колена, впоследствии стала причиной целого ряда неудач, которые преследовали его на протяжении 28 лет и едва не положили конец его карьере. Тем не менее, он принял участие в 10 тысячах живых представлений более семидесяти постановок в 7 странах. Разносторонне одаренный артист, который поет, танцует, играет на нескольких инструментах, ставит спектакли и преподает, Бартон выступал в Европе, лондонском Уэст-Энде, Лос-Анджелесе и на Бродвее.
Он пел для нескольких президентов, для Королевской семьи и, как он говорит, "время от времени – даже на детских праздниках". Кроме того, он перенес 16 операций на колене. И в течение двадцати восьми из тридцати трех лет, проведенных на сцене, он жил, работал и боролся с осложнениями после неудачно проведенной двойной менискэктомии, результатом которой стала ужасающая инфекция, развившаяся после первой операции на колене и ставшая его спутником на всю жизнь.
История болезни Бартона похожа на древнегреческую трагедию: после двойного разрыва мениска и операции в 1972 году он вновь повредил мениск правого колена в 1973-м, затем мениск был удален, после чего на суставе развилась стафилококковая инфекция. В 1979-ом ему сделали остеотомию большеберцовой кости (повторное вправление большеберцового плато) правой ноги. В этот период Бартон консультировался или оперировался у специалистов в Дании, Швейцарии, Англии, Австрии, Германии, Нью-Йорке, Лос-Анджелесе, Нью-Хейвене, Бостоне и Питсбурге.
По его собственным словам, "я оказался на краю пропасти – был подавлен, не мог ходить, у меня было гораздо меньше работы по профессии, и десятки специалистов заявляли мне, что мне придется "оставить" карьеру, ради которой я учился на протяжении всей жизни. Но, будучи упрямым техасцем, я просто не мог поверить, что мое возвращение на сцену невозможно. Я не мог – и не стал бы – признавать поражение. Я должен был верить, что можно сделать хоть что- нибудь, чтобы побороть эту постоянную, хроническую боль, которая грозила вот-вот завладеть всей моей жизнью". Именно тогда, в 1994 году, Бартон узнал о новейших исследованиях, проводившихся в Фонде Спортивной Медицины Стэдмана-Хоукинса и о заметных открытиях, сделанных этим фондом в области хирургии и медицинской реабилитации.
«Когда я встретился с доктором Стэдманом, больше всего меня поразило то, что он мгновенно оценил всю глубину проблемы и понял, сколько несчастий она мне причинила. Он ничего не приукрашивал. Он говорил со мной, как профессионал с профессионалом, и напрямую сказал, что в будущем, скорее всего, будет необходима полная реплантация колена, но для микроперелома прогноз был хорошим. Он сказал, что если мы будем проводить определенные процедуры раз в два года или около того, нам, возможно, удастся отодвинуть неизбежное на как можно более долгий срок. Техники, о которых он говорил, предполагалось использовать для продления моего, так сказать, "актерского срока годности".
Доктор Стэдман и его коллеги успешно прооперировали Бартона уже три раза: микроперелом на правом колене в 1994-ом, восстановление передней крестообразной связки левого колена в 1996-ом, полная реплантация коленного сустава в прошлом марте –, и с 1994 года он постоянно на ногах. Операцию на микроперелом проводил сам доктор Стэдман, восстановление передней крестообразной связки – доктор Бенедетто из Инсбрука, Австрия, а реплантацию коленного сустава, последнюю операцию Бартона, – доктор Кевин Плэнчер из Стэмфорда, штат Коннектикут, сотрудник Фонда Стэнмана-Хоукинса, который настолько же хорошо владеет хирургическими и восстановительными методами, разработанными в Фонде. Скоро Бартон отправится в Европу, чтобы принять участие еще в одном спектакле, на этот раз в роли Джекилла и Хайда; кроме того, он готовится к бродвейской премьере "Вампиров", которая состоится этой осенью. "В работе Фонда, – говорит Бартон, – меня больше всего восхищает самоотверженность ученых в поиске новых форм лечения и их решимость найти методику, которая действительно эффективна. Просто теоретизировать – это одно, а вот встать к операционному столу и действительно сделать что-либо – это совсем другое. А это именно то, чего добилась исследовательская группа Фонда – они предложили практическое решение проблемы.
Будучи профессионалом, в каком-либо виде спорта или в любой другой сфере деятельности, ты должен знать, что время, которое ты затратил, обязательно принесет тебе доход. Именно поэтому я так высоко ценю практическую направленность исследований Фонда, подход под названием "это работает", который наблюдается и в том, как проводятся операции, и в том, как организована послеоперационная терапия. Мне ничего не удалось бы сделать без великолепной команды докторов, исследователей, физиотерапевтов, среднего медицинского персонала Фонда Стэдмана-Хоукинса. Они стали для меня настоящей опорой. Их инновации в области хирургии и терапии помогли спасти не только мою карьеру, но и мое душевное здоровье. Я всегда буду оказывать им всяческую поддержку и всегда буду им благодарен за их потрясающую самоотверженность и за их значительнейшие достижения в области спортивной медицины."
Перевод Ирины Прокофьевой
***
Официальное извещение о смерти Стива Бартона
21-го июля, в возрасте 47 лет скоропостижно скончался актер Стив Бартон.
Он готовился к записи хита Сэмми Дэйвиса-младшего (Sammy Davis Jr.) "Mr. Bojangles" для сборника, выпускаемого компанией "Stella Musicals". После этого он планировал отправиться в Вену, чтобы 3-го августа провести еще один "Мастер-класс Стива Бартона" в Венской музыкальной школе. Дальнейшие планы включали в себя участие в роли Ясона в древнегреческой трагедии «Медея» (постановка Питтсбургского Государственного театра, премьера была намечена на 5-е октября), а также постановку мюзикла "Бал вампиров" на Бродвее в 2002 году.
Мировая премьера спектакля Романа Полански "Танцы вампиров" состоялась в венском театре Раймунд ( Raimund Тheater). За роль графа фон Кролока Стив Бартон был удостоен премии "Образ" (the IMAGE AWARD), которая является европейским аналогом американской премии "Тони" (the Tony Award ). В этом же театре он исполнил заглавную роль в спектакле "Красавица и чудовище" по мотивам анимационного фильма компании "Дисней".
Он играл главные роли в европейских премьерах многих спектаклей, таких, как "CATS" ,"Эвита" ("Evita"), "В плену безумия" ("La Cage Aux Folles"), "Иисус Христос Суперзвезда" ("Jesus Christ Superstar") и "Камелот" ("Camelot").
Мировую известность Стиву Бартону принесло исполнение роли Рауля в мировой премьере "Призрака Оперы" Эндрю Ллойда Уэббера в Лондоне и повторение этой роли на Бродвее. Еще одной бродвейской премьерой стал последний мюзикл Джула Стайна "Красные туфельки", в котором Бартон сыграл роль Беллини.
Любимыми партиями Бартона были заглавные роли в мюзикле "Суини Тодд" и в мировой премьере "Миретт" Тома Джонса и Харви Шмидта.
Среди его аудиозаписей особняком стоят "Призрак", "Кошки" и "Танцы вампиров". Стив особенно гордился своим участием в записи благотворительного диска Зигфрида Фица "Живая вода", для которого он написал тексты пяти из двенадцати песен, исполненных такими артистами, как Петула Кларк и Эдвин Хоукинс, а также сам исполнил песню вместе с матерью Терезой.
Его последними публичными представлениями были концерт в лондонском Королевском Альберт-холле в Лондоне 2001 года и репетиционный спектакль "Танцы вампиров" в Нью-Йорке в мае 2001 года, где он еще раз исполнил роль графа фон Кролока.
О смерти актера скорбят его жена, хореограф Денни Берри, и их семнадцатилетний сын Эдвард.
Перевод Ирины Прокофьевой